# Будьте бобры! Власти Риги открыли охоту на братьев меньших 0 3

Если говорить объективно, городские власти одновременно пытаются защитить деревья вдоль городского канала, предлагая бобрам альтернативу в виде заранее подготовленных сучьев. Тем не менее на окраинах столицы крупнейшие в Латвии грызуны явно берут верх.

Следы невиданных зверей

Тихий берег Кишэзерса соседствует с частными домиками, а не так далеко — многоквартирный квартал. Люди приходят сюда на лужайку, ставят мангал или подкармливают лебедей, уток и озёрных чаек. Встречаются и лысухи — чёрные птицы с белой «шапкой» и крупными лапами, и даже чомга с характерной оранжево‑чёрной раскраской, которую в народе называют поганкой. Птицы здесь оживляют пейзаж.

Я пробираюсь сквозь редкий лесок вдоль озера и замечаю аккуратно подрубленные кусты и деревья — одно толще другого. Некоторые из них укорочены «под корень», порой срезаны так, будто заранее подготовлены для переноски. На земле белеет свежая стружка. Это работа бобров.

И вот результат их ночной активности — заметный не только глазу, но и на слух: вода переливается через плотину с приятным журчанием. Сооружение, возведённое неутомимыми строителями, превратило обыкновенную дренажную канаву в полноценный природный биотоп. На деле это небольшая речушка, впадающая в озеро. Полноводный бассейн явно служит для хаток семей бобров, а также привлекает уток, которые неспешно нарезают круги по воде.

Неподалёку видна взрыхлённая земля у кромки воды — не исключено, что в норе прячется бобр. Проверять не буду: в защите эти звери способны укусить.

Castor fiber как Casus belli

Латинское название бобра — Castor fiber — восходит к древнегреческому «кастор», что связано с деревом. Канадский родственник нашего бобра отличается числом хромосом — 40 против 48, но в остальном они схожи: прозрачное веко для ныряния, крепкие резцы, хвост‑лопатка и характерный канал для меток, чью «бобровую струю» в народной медицине иногда упоминают как средство с антиспазмическим и успокаивающим действием.

Исторически главным поводом для охоты на бобров был их ценный мех — водоотталкивающий и износостойкий. В конце XVII — начале XVIII века в Северной Америке разгорелись кровопролитные «бобровые войны» между коренными племенами, в том числе ирокезами, и французскими колонизаторами за контроль над промыслом. После подписания Великого Монреальского мира в 1701 году и последующего потепления в Европе спрос на шкуры заметно снизился.

Бобры ведут обширный образ жизни и потому требуют большой территории; поэтому в неволе их немного: по базе данных зоопарков мира насчитывается около шестидесяти особей. Вес взрослого животного достигает примерно 40 килограммов, что делает бобра вторым по величине грызуном после капибары. В природе они живут около 15 лет.

По Конвенции по охране европейской дикой фауны и естественных местообитаний бобр включён в приложение III, где прописаны правила воспроизводства и запрещены определённые методы охоты (Латвия ратифицировала документ в 1996 году). В ряде стран ЕС, например в Дании и Нидерландах, бобровые популяции сознательно восстанавливают.

Чипа и Чапиньш

Рижанка Елена Кустова с детства была связана с животными: ещё до поступления в Латвийскую сельскохозяйственную академию она посещала кружок при Рижском зоопарке, где жила бобриха Чипа. Вместе с юннатами Елена выезжала с экспозициями в школы и дома престарелых.

«Ручное, тёплое, милое животное», — с нежностью вспоминает Елена свою подопечную. «Чипа встречала у меня на руках делегацию из Кобе — города‑побратима Риги. Был и ещё один ручной бобр, которого выкормил Ингмарс Лидака.»

Во время пандемии последний рижский зоопарковый бобр Чапиньш уехал из Риги в зоопарк Керкраде в Нидерландах, где ему подобрали подружку Бетти и обустроили бассейн с островом. В родном месте, где Чапиньша когда‑то поймали при охоте в Талсинском крае, обеспечить такой комфорт не смогли.

Чем кормят бобров в зоопарке? «Зерновая смесь, овощи, фрукты и обязательно веники и ветви деревьев, особенно осина — это необходимо для пищеварения. Сено тоже. Существует миф, что они едят рыбу, но бобры — чистые веганы», — рассказывает Елена.

Разумеется, молодняк вскармливают материнским молоком; при его отсутствии, как было с Чапиньшем, используют бутылочку с заменителем собачьего молока. Так вырастает крепкий зверь.

Елена резко критикует правила охоты, по которым Рижская дума намерена регулировать численность бобров. «Я в шоке от этого решения, животные ни в чём не виноваты. Мы вторглись на их территорию, а не они к нам. Это очередное бессмысленное отмывание денег. Проще запретить или убить, чем найти приемлемое решение и посоветоваться со специалистами…»

По мнению Елены Кустовой, выделенные самоуправлением средства на отстрел можно было бы направить на перенос животных за пределы Риги. К тому же бобры нередко сами покидают привычные места: когда началось строительство Rail Baltica, семья, обитавшая в канале рядом с автовокзалом, просто переплыла на другое место. Шум им не по душе, а воды в Латвии, к счастью, много. Так что, вероятно, встречи ожидают ещё не одни.